Произведение: Красавица Ангара

Произведение
1479828886.jpg
Название оригинальное:Красавица Ангара
Тип композиции:Составная
Состав исполнителей:

Оркестр, Балет

Дата создания:1959
Премьера:1959
Значимые премьеры в других городах и странах:

Москва, Вторая декада бурятского искусства и литературы, 1959.


Текстовая основа

Либретто балета создано Н. Балдано, поэма "Красавица Ангара" принадлежит Н. Дамдинову.


Аннотация

Балет-поэма Л. К. Книппера - Б. Б. Ямпилова является яркой страницей в истории музыкальной культуры Бурятии. Признан лучшим бурятским произведением в данном жанре. Выдержал несколько постановок, неизменно идет на сцене Бурятского государственного академического театра оперы и балета. Выдающейся исполнительницей главной партии - Ангары стала прима бурятского театра Лариса Сахьянова.

 

Балет-поэма «Красавица Ангара» впервые поставлена в 1959 году. Данный спектакль в наибольшей степени приближен к классическому жанру. И этому есть объяснение: произведение является соавторским. Одним из композиторов стал Л.К. Книппер, уже работавший в республике и принявший предложение написать новый балет в сотворчестве с одним из ведущих композиторов Бурятии того времени – Б.Б. Ямпиловым. К началу работы последнему уже принадлежали симфонические опусы – танцы, марши, картины и сюиты, следовательно, возможно было говорить и о наличии у него определенного профессионального уровня, а Л.К. Книппер уже приобрел опыт работы с бурятским фольклором.

Балет изначально был ориентирован на широкую аудиторию, выходящую за пределы республики. По содержанию сочинение вобрало в себя сложный комплекс источников: оно основано на одной из самых поэтичных бурятских легенд, неоднократно обработанной поэтами, сказочниками, либреттистами . Балет был написан по русскому либретто Н.Г. Балдано, которое само по себе достаточно незатейливо. Однако идейная основа произведения не однолинейна, а включает множество смыслов. Это и лежащая на поверхности история любви, которую увидели в балете первые зрители и слушатели «Красавицы Ангары» на московской Декаде искусства: «…Ангара, Байкал, Енисей превращаются в спектакле в “живые существа”. Они любят, ссорятся, страдают, сражаются, пленительно достоверные…» (Правда, 1959, 8 декабря). Таково было восприятие сочинения контингентом, не связанным своими корнями с бурятской культурой. Это и более глубокие связи использованного предания с бурятской мифологией и архаичной космологией, которую усматривает в балете О.Ю. Колпецкая [Автореф, с. 13 – 14].

Еще один ракурс связан с показом мощи природного начала как созидательной и благодатной силы и преклонением перед могуществом сибирских рек и Байкалом как источниками жизни, что неразрывно связано со спецификой традиционной культуры бурят, для которых природа мыслилась одушевленной и выступала живительным источником. Это также и воплощение красивой национальной сказки, повествующей о происхождении реки Ангары, и воплощение этической идеи победы Добра над Злом. Именно множественность толкований, сочетающая простоту и доступность с одновременным возвышением над конкретикой, обеспечила жизненность легенды, ее непреходяще значение для бурятского искусства, художественно-эстетическую и этическую значимость. Образные характеристики и хореография, несомненно, перекликаются с национальным фольклором.

В партитуре использованы: 1) ладово-интонационные и метро-ритмические особенности, связанные с ритмом и жестом народного танца; 2) приемы звукокрасочности, подражания бурятским народным инструментам и имитации звуков природы; 3) приемы гармонизации, основанные на квартовых и квинтовых параллелизмах, органных пунктах; 4) вариационно-вариантные методы развития материала. Однако яркость музыкальных тем и лейтмотивов, их почти визуальная выпуклость обусловлены не обобщенно-национальным тематизмом, а индивидуализированностью характеристик, которая обеспечивает емкий психологический портрет каждого персонажа, – и это, несомненно, заслуга Л.К. Книппера. Тема широкого дыхания и диапазона, характеризующая главную героиню, основана на звукоряде бурятской пентатоники, но лишена жанровой основы, ямбична по своей природе, что придает ее облику устремленность и возвышенность. Тема Енисея родственна теме Ангары и представляет ее отдаленный вариант, но более сдержанный и спокойный, что достигнуто благодаря более низкому регистровому проведению (солирующая виолончель) и басовому остинатному фону. Диссонантная тема Черного Вихря, оформленная тембрами валторн и ударных и состоящая из прихотливых ритмических фигур, позволяет констатировать дисгармоничность персонажа, его противопоставление миру водных стихий. Связь с фольклором в последней теме просматривается слабо, что указывает на чужеродоность персонажа.

Помимо интонационного и гармонического комплекса, берущего начало в фольклоре, за каждым персонажем закреплен и лейттембр: лейтмотив Черного Вихря представлен солирующей валторной, темы Енисея и Ангары проводятся у струнных и деревянных духовых, хоральная тема Байкала поручена медным духовым инструментам на фоне звучания струнных и деревянных духовых, водная стихия охарактеризована тембром арфы и т. д. Таким образом, в тембровых красках героев балета явственно отражена семантика, закрепившаяся за инструментами оркестра в практике русской (советской) композиторской школы. Трансформации лейтмотивов отражают внутреннее движение образов. В результате неоднократно встречавшиеся на предыдущих этапах становления школы штампы, обычные для сочинений, написанных на национальные сюжеты, здесь сменены подлинно музыкальной драматургией. Этому способствует логика имманентно-музыкального развития, преобладающая в партитуре, мастерская инструментовка, включающая ряд продуманных колористических эффектов, связанных с символическими образами «подводного колокола», «воздушных смерчей», «вод Байкала» и т.д.

По сравнению с более ранними театральными сочинениями, написанными в Бурятии, сокращено количество дивертисментных сцен, обычно весьма красочных и колоритных, но приостанавливающих действие. Танцевальные сюиты здесь имеются, но в балетном спектакле, где языком являются жест и танец, они не воспринимаются как отстранение. Шествия и пляски вполне органично вписаны в основную линию развития сюжета: таковы танцы рыбок и других обитателей подводного мира в четвертой картине («Подводное царство») и танцы юношей и девушек во второй картине («Стан Черного Вихря»). Приоритет симфонического развития делает музыку не прикладной основой к танцу, а вполне самостоятельной единицей спектакля. Общему эффекту способствует и синтетичность хореографии, в которой использованы как приемы классического балета, так и характерные для фольклорных бурятских танцев: элементы жестов, позиции рук и ног, отдельные позы, логика построения и развертывания сцен, что в сочетании с костюмами и декорациями позволяет сформировать целостное сценическое решение, подчиненное музыкальному развитию. Созданное композиторами действо во многом подхватывало линию достижений русского классического балета, с той разницей, что в основу сюжета были положены не литературные сказки, типичные для композиторов русской школы, а легендарные фольклорные источники. И тип сказочного, фантастического спектакля, воплощающего национальную поэтику, и мифологическое видение мира, заложенное в «Красавице Ангаре», нашли продолжение в следующих спектаклях бурят.



Произведение / МКС категория

Произведение / Форма исполнения

Жанр / Произведение

Персоналия / Произведение

Учреждение / Произведение